Пришла в профессию не подумав

Мария/выпускающий редактор/Москва

Редакция Казань

Имя Фамилия: Мария Антонова

Должность: выпускающий редактор в федеральном общественно-политическом журнале «Русский репортёр»

Стаж: в журнале четыре года, а общий, можно сказать, что одиннадцать лет

ЧТО ДЕЛАЕТ ВЫПУСКАЮЩИЙ РЕДАКТОР

Эти функции можно, конечно, расписать на 350 тысяч подпунктов, но если смотреть какой-то генеральный пункт, то я, собственно, главная входная-выходная точка координации всех редакционных процессов, между всеми отделами и между всеми подразделениями, между всеми авторами, поэтому да, я, как любят говорить в редакции, заведующая всем.

КАК ПРИШЛА В ПРОФЕССИЮ 

Не подумав. Хотела после 9 класса поступить в театральные классы при Щепкинском театральном училище, и даже сходила на кастинг. Они сказали «мы не очень можем взять вас в актрисы, но если хотите, приходите к нам на филологические классы». Я подумала: «Сами ищите своих актёров и филологов, останусь в своей школе». В сентрябое десятого класса в школу пришёл студент военной академии, который учился на журфаке. Он предложил делать школьную газету, записаться на кружок журналистики, и, когда я спросила, есть ли время подумать, он сказал «нет, либо вы записываетесь сейчас, либо никогда».  Я взяла и записалась. И вот с тех пор что-то делаю в каких-то изданиях.

САМОСТОЯТЕЛЬНО ЛИ ЭТО БЫЛО РЕШЕНИЕ

Родители не пытались давить, хотя предлагали альтернативные варианты. Папа был не очень рад тому, что я поступаю на журфак, а мама говорила: «её выбор, пусть что хочет, то и делает». Папа предлагал мне пойти в Московский автодорожный институт, заодно ещё на какой-то блатной факультет, чтобы я потом сидела и зарабатывала тем, что выдавала бы людям талоны техосмотра. Меня в 17 лет такая рабочая перспектива не очень привлекает (хотя в каких-то отрезках жизненного пути была мысль, что, может быть, стоило согласиться на папин вариант, а не сумасбродствовать). В итоге я решила поступать на разные журфаки, но один мне не понравился, на второй нужно было знать английский, в итоге я пошла, собственно, в Российский Государственный Социальный Университет. Мне не хватило до бюджета 4 или 5 баллов. Но я решила учиться там на контракте, потому что из всех московских журфаков это был с одной стороны как бы государственный университет, не какая-то коммерческая история, а с другой стороны, собственно, это был государственный университет, который учил за деньги, которые мы с семьей могли потянуть, потому что на тот момент журфак МГУ, которым все обычно грезят, стоил в районе 250 тысяч за учебный год. Лучше бы люди такие суммы на благотворительность отдавали, а не на учебу на журфаке.

ПОДГОТОВКА К ПОСТУПЛЕНИЮ

Первые подготовительные курсы, на которые я записалась при РГГУ и которые назывались «Школа юного журналиста», мне страшно не понравились, потому что профильные предметы должны были начать входить со второго полугодия, а первое полугодие были всякие такие около журналистские, типа там теории и ещё чего-то, и я поняла, что за тот год, который я прозанималась в школьном кружке: 

а) я знаю всю эту теорию и даже часть этих теорий на практике;

б) мне казалось, что я могу сама своим коллегам, сидящим со мной за одной партой, рассказать интереснее и эффективнее, нежели барышня-аспирантка, которую нам выделили в качестве преподавателя. 

Поэтому я начала прогуливать эти курсы и продолжала бегать к себе в школу доделывать школьную газету. Мама, конечно, об этом не знает, когда-нибудь ей расскажу. Потом встал вопрос о том, платить за следующее полугодие или нет, я отказалась. Хотя я оканчивала школу в восьмом году и мы были последним годом, когда ЕГЭ ещё считался условно пробным и всем там накидывали баллы. И я страшно грустила, почему двоечникам накидывают баллы, а всем остальным - нет. Это же никак их не стимулирует к учёбе. Я в принципе неплохо сдала русский, не на 100 баллов, конечно, но в районе 90​, а математику на честную тройку. Поступала в Московский Институт Печати и в свой РГСУ, и в итоге я осталась в РГСУ.  Кажется, я одна из трёх человек из группы, которые до сих пор работают по специальности. То есть, я действительно журналист и действительно в периодической печати.

ОБРАЗОВАНИЕ

Лучше всего учиться в поле. Не в смысле выйти в поле и учиться, а в том смысле, что всякую учёбу лучше подкреплять практикой, и чем больше практики, тем больше у тебя навыков, умений, и, соответственно, тем больше ты научен, то есть это, конечно, не исключает вопросы каких-то теоретических аспектов, и, понятное дело, что невозможно заняться практикой, не зная теорию, и, возможно, наоборот. Я считаю, что опрометчиво думать, что я сейчас приду, почитаю книжечки, мне что-то там расскажут, и я всё буду уметь. Ты не будешь ничего уметь, пока не начнёшь учиться своими ручками вот это умение уметь, какой бы тавтологией это ни звучало.

Мария на одном из проектов Медиаполигона

НУЖЕН ЛИ ЖУРФАК

Да, честно говоря, нет. То есть, как показывает мой опыт и опыт моих старших товарищей, уже опыт даже моих некоторых младших товарищей, действительно, не в журфаке дело. Дело в принципе в широте кругозора и интересов, и набора навыков и умений. Наш главный редактор и мой хороший друг — микробиолог по образованию. Гриша Тарасевич, который делает и Летнюю школу, и «Кота» [«Кот Шрёдингера», научно-популярный журнал], работает в журналистике чёрт знает сколько времени, вообще не окончил даже свой геофак и историко-архивный, ну, то есть, у него вообще нет диплома о высшем образовании, но человек всю жизнь занимается тем, чем занимается. Вообще, конечно, кому вот скажи, что один из уважаемых просветителей среди молодежи, подростков официально — неуч, моя мама и какие-нибудь такие типичные, классические родители поставили бы под сомнение авторитет такого человека. Тем не менее это один из умнейших и самых начитанных людей, которых я знаю.

ОРИЕНТИР В ПРОФЕССИИ

Если под ориентиром подразумевать какую-то персону, то нет. В этом плане у меня нет никаких кумиров. Для меня ориентиром в профессии являются какие-то там общегуманистические и профессиональные постулаты, которые я считаю для себя важными. Ну, то есть, из разряда того, что «нельзя врать», «если ты готовишь какой-то материал, то нужно разобраться и понять обе стороны, а не стоять только по одну сторону баррикад». То есть, некоторый свод правил, который, понятное дело, как и все своды правил, имеет свои исключения, и в частном порядке действительно там даже мне приходится иногда что-то нарушать. Но это жизнь, по-другому, в принципе, и не бывает. 

ЗАРПЛАТА

Это мой любимый вопрос, потому что как человеку, у которого не всегда бывает зарплата, ну, скажем так, последняя вот в районе 50 тысяч рублей. Ну, так, конечно, плюс-минус бесконечность. Скорее минус. Честно говоря, я не очень знаю, но подозреваю, что зарплата коллег из интернет-изданий отличается не сильно, и я думаю, что, возможно, я получаю где-то больше, чем какие-то мои коллеги, потому что сфера у нас не самая финансовая и рентабельная, мягко говоря, несмотря на то, что всем обывателям кажется, что журналисты вот такие весёлые мажоры, которые кидаются деньгами направо и налево, и всё у них такое вот прекрасное. Нет-нет-нет.

ЛЕГКО ЛИ НАЙТИ РАБОТУ

Ну, в принципе, это легче, чем кажется. Но если мы говорим именно про работу. Достаточно часто сложно найти заработок. А уж работу найти… Ну, вот иди и работай. Хочешь писать тексты – пиши, хочешь издавать журнал/газету – издавай. Но не думай, что работа и зарплата имеют какую-то прямую корреляцию. Не-не-не, не всегда. Иногда наоборот даже обратную связь: то есть работаешь, работаешь, а зарплата куда-то в минус уходит.

ЧТО БУДЕТ С ПРОФЕССИЕЙ ЧЕРЕЗ ДЕСЯТЬ ЛЕТ

Я думаю, что она будет. Именно профессия никуда не денется, и я даже смею предполагать, что ввиду развития интернета, блогерства и всего остального, профессия журналиста, как в своё время профессия писаря, лет через десять станет цениться гораздо больше. Потому что, когда ты даёшь ресурсы и некоторые, условно, блага всем, то ценится человек, который с этим ресурсом правда умеет работать. И я считаю, что журналистика как профессия не умрёт, как бы её ни хоронили, потому что дать слово каждому - это, конечно, прекрасно, но это не отменяло профессионализма и авторитета.


ГДЕ ЖУРНАЛИСТИКА РАЗВИТА ЛУЧШЕ ВСЕГО

Да мне кажется, что в любой мало-мальски развитой стране, если исключить из этого списка страны третьего мира, журналистика, в принципе, достаточно развита. Понятное дело, что где-то там в Северной Корее есть страшная жёсткая цензура, но это уже такие скорее неприятные частные случаи развития. То есть в принципе сфера журналистики достаточно развита, и я не могу сказать, что где-то вот там журналистика развита лучше, а где-то хуже, потому что я, честно говоря, не очень понимаю критерии, на которых могут строиться эти различия. То есть где-то может быть больше плюрализма, где-то может быть наоборот больше финансирования, а так я думаю, что, как говорила одна из моих преподавательниц, средняя температура по больнице 36.6.

КАК СТАТЬ ВЫПУСКАЮЩИМ РЕДАКТОРОМ

Увидеть вакансию выпускающего редактора, подать резюме и сказать: «Здрасьте, я хочу у вас работать». То есть я не планировала становиться выпускающим редактором, и уж тем более не планировала становиться выпускающим редактором в федеральном журнале, который для многих является какой-то легендой, мерилом или еще чем-то. Ну, вот так сошлись звезды. Мне сказали: «У нас тут дефицит, не хочешь его покрыть?», я такая: «Ну, давайте попробуем». И вот, собственно, пятый год как пробую, все никак напробоваться не могу.

САМОЕ ПРИЯТНОЕ В ПРОФЕССИИ

Это, конечно, прозвучит ужасно пафосно, у меня прям в голове прозвучала эта фраза, и я сама немножечко сморщилась. Но по-другому, к сожалению, не скажешь. Для меня самое важное — отклик аудитории, читателей. Ну, то есть, даже в самые какие-то там неприятные моменты в жизни нашего журнала, разные проблемы, когда хотелось всё это бросить, или в сердцах кричать «пусть всё это наконец закончится, сколько уже можно терпеть», ты просто заходишь куда-нибудь и читаешь слова о том, что в общем хотят, чтобы снова выходили, перечитали текст и хотим читать еще. Ты выпускаешь новый номер, и тебе говорят: «Как вы опять это сделали?! Спасибо, спасибо!», или даже ругают и говорят: «Зачем вы вообще это сделали? Кто вам вообще это позволил?». Ну, вот это вот говорит о том, что ты делаешь какую-то цепляющую штуку, которая важна и нужна людям, и это радует.

НЕПРИЯТНОЕ В ПРОФЕССИИ

В глобальном смысле, наверное, у меня нет каких-то прям совсем таких вещей, которые я могу назвать неприятными. Ну, иногда, конечно, бывают неприятны какие-то обывательские мнения о журналистах в принципе, но так можно про любую вещь сказать, не только про свою профессию. Про гораздо более социально важные профессии тоже говорят много неприятного. Я думаю, даже врачей, допустим, ругают больше, чем журналистов. Поэтому мне скорее всё нравится. Если бы не нравилось, я бы, наверно, этим не занималась.

Мария на обеде на Летней школе (старожилы и организаторы Летней школы считают, что обедать, сидя под соснами вкуснее и полезнее)

УСТАЛОСТЬ ОТ РАБОТЫ

Конечно я устаю и от конкретной работы, от журнала, от профессии в принципе. Из-за того, что я вынуждена постоянно с кем-то общаться, устаю от людей. Бывают моменты, особенно после сдачи номера, когда я настолько выматываюсь, я сычую дома и не хочу видеть никого. Даже каких-то прям совсем близких людей.

ЕСЛИ БЫ БЫЛА ВОЗМОЖНОСТЬ ПОЛУЧИТЬ ДРУГУЮ ПРОФЕССИЮ 

Смотря какая это будет возможность, то есть, смотря на что менять. Если у меня будет возможность поменять работу медиа-менеджера, журналиста на... Вот если бы мне предложили стать лётчиком-испытателем, я бы наверно отказалась. А так журналистика хороша ещё и тем, что ты можешь совмещать и заниматься ещё чем-то. Допустим, педагогикой. У меня есть знакомые, которые, будучи журналистами, ведут психотерапевтическую практику, отучившись на психотерапевта. Опять-таки мой главный редактор занимался политическим консалтингом, и принимал участие в предвыборных кампаниях. Поэтому, собственно, было бы желание, были бы интересы. У меня иногда бывают какие-то смежные с «Русским репортером» проекты, типа тех же самых «Медиаполигонов» или ещё чего-то, но я до конца не поняла, как бы, отделять их или не отделять, ну, скорее, отделять, конечно, ну, это вот такие фрагментарные вещи, то есть сейчас у меня стабильно «Русский репортер», вот, и я после какого-то там перерыва потихонечку возвращаюсь к действительно активным занятиям Летней школой. Официальная работа у меня одна, хотя я тут вот списывалась со своей бывшей библиотечной начальницей [Мария работала библиотекарем во время обучения в вузе], и она сказала: «Давай поговорим с тобой в январе, в общем, мы тебя по договору там на полставочки возьмём в абонементе сидеть, два раза в неделю книжечки выдавать», и я такая: «Это же моя мечта! Мечта возвращается ко мне!»

ВДОХНОВЕНИЕ

В один из сезонов выпуска журнала меня вдохновляло то, что я работаю со своей любимой тематикой, с социальной сферой, разными некоммерческими организациями, благотворителями. И, собственно, меня работать вдохновляет возможность рассказать о том, сколько прекрасных и иногда, конечно, сумасшедших людей делают какие-то по-настоящему важные вещи. Вот у нас в редакции есть внутренний термин – «полезный идиот». Но идиот не в смысле там глупый человек, а идиот в смысле простой рубаха-парень, идеалист, который верит в какую-то свою социальную миссию, даже если его миссия заключается в том, чтобы спасать морских котиков, например, или заниматься фудшерингом, вязать носки или наоборот продавать носки, которые вяжут бабушки и дедушки. И таких людей правда очень много, и рассказывать о них страшно приятно. Меня поддерживает понимание того, что у меня есть ресурсы, чтобы рассказать про этих людей и сделать так, чтобы у них благодаря этому появилось ещё чуть больше возможностей.

​ТРИ СОВЕТА

  • Больше читать, потому что это не просто развивает кругозор, это помимо всего прочего обогащает словарный запас, что безусловно важно для журналиста. Это помогает писать грамотнее. То есть, чтение гораздо более эффективно, нежели зазубривание правил.

  • Не бояться и не стесняться, потому что для журналиста это важно. Нужно понимать тонкую грань между отсутствием стеснения и беспардонностью. 

  • уважать окружающий мир так же, как ты уважаешь самого себя. И просто каждый раз задумываться о том, что если бы со мной поступили вот так, было бы мне приятно? Это правда очень мотивирует и ставит тебя на место.

КНИГИ И ФИЛЬМЫ О ПРОФЕССИИ

Я бы конечно порекомендовала посмотреть фильм «День радио» Квартета И и собственно «День выборов» в принципе тоже. Вот фильмы в комедийном мире чётко раскрывают какие-то узкопрофильные аспекты профессии. Почитать я бы порекомендовала три книги, именно чтобы понять не устройство профессии, а какое-то её функционирование и результаты. Это конечно же книга моего коллеги и товарища Димы Соколова Дмитриевича – «Реальный репортер» и  Брэдбери «Дзен в искусстве написания книг».

Мария директор группы «Бетхудов» (сами себя они называют мох-группой, записей группы в качестве пока нет)

ЧТО НУЖНО ЧИТАТЬ У ДРУГИХ ЖУРНАЛИСТОВ

Важно и правильно читать тексты своих коллег. Возможно, не всегда стоит ориентироваться на издание, а на конкретных авторов. Я вот допустим честно признаюсь, не всегда читаю наш журнал, но по разным причинам. Есть много разных достойных авторов, и я подозреваю, что о ещё большем количестве достойных авторов я не подозреваю. Допустим, я после очередного нашего регионального проекта читаю тексты коллеги из Владивостока, хотя казалось бы где Москва, и где Владивосток. Но человек пишет на социальную тематику и пишет достаточно живо и хорошо, поэтому да. А так бы вот если бы не этот проект, пойди я узнай, что под Владивостоком живёт очень хороший журналист по имени Аня Маленко. Ну, я стараюсь следить конечно за какими-то условно топовыми СМИ, то есть я периодически рассматриваю ту же самую «Медузу», по-прежнему подписана на Lenta.ru, со всеми её вот этими странными жизненными ритмами. Читаю СМИ, которые делают мои коллеги и друзья, например, «Такие дела», очень люблю их мультимедийные проекты. 

ЧТО СМОТРЕТЬ НА YOUTUBE

Я честно говоря легендарный вот этот баттл Оксимирона и Гнойного посмотрела спустя 4 месяца… Меня хорошая подруга пристыдила и сказала: «понимаешь, на каком-то этапе ты просто перестанешь понимать, что я говорю, потому что последние две недели я говорю только цитатами из батла». Я подумала, что действительно всё-таки не хочется терять её, хорошая, филолог-урбанист. Поэтому я посмотрела батл, мне не понравилось. Хотя некоторые цитаты тоже… Батл устроен так, что, прости меня Господи за это слово, панчи врезаются в твой мозг и ты вот волей-неволей начинаешь их цитировать.  Я не могу назвать то, что делает Дудь, каким-то новым форматом, потому что как бы ну а что нового в интервью? Просто отснял на канал передачи, формат не претерпел каких-то особых изменений. Это классическое интервью с достаточно правильными острыми вопросами. То есть у меня из того что я знаю по рассказам тех видео, которые я видела, у меня нет никаких претензий к Юрию Дудю. С его манерой поведения, конечно, не всегда готова согласиться, но это скорее уже вкусовщина, нежели оценка профессиональных качеств. И в плане профессионализма ну правда у меня нет никаких претензий.

Поделись